TopTurizm Яндекс.Метрика
Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Гид-экскурсовод в Пензе Нина Лебедева

 

Пешком по Саратову (часть 5)

Миновав перекрёсток ул. Горького, мы проходим мимо памятника саратовской гармошке. В сентябре 2009 года, на центральной улице города Саратова был открыт памятник Саратовской гармошке. Это - бронзовая фигура, изображающая веселого гармониста. Бронзовая фигура работы скульптора Владимира Пальмина изображает сидящего на городской скамейке веселого музыканта в картузе, сапогах и русской рубахе, наигрывающего саратовские переборы на знаменитой гармони с колокольцами. Памятник - "музыкальный". Мелодия гармоники разносится из скрытых динамиков дважды в день - в полдень и шесть часов вечера.

Саратовской гармошке - более полутораста лет. По преданию, она появилась на свет из небольшой немецкой гармоники, которую саратовские музыканты привезли с Нижегородской ярмарки и переделали на свой лад. А веселые колокольчики добавили к ней уже позже. Секрет их перезвона местные мастера позаимствовали у валдайских умельцев.

Саратовскую гармонику стали изготавливать в 60-х годах XIX века. Первое упоминание в печати о гармонике с колокольчиками относится к 1866 году: газета «Саратовский справочный листок» писала о том, что пассажиры парохода, проплывавшие мимо Вольска, попросили капитана подойти ближе к берегу, «дабы господа могли лучше расслышать игру на гармонике с колокольцами».

Саратовская - близка тульской. Строй русский. Звукоряд правой руки - 8-10 клавиш. В левой клавиатуре добавлена третья клавиша, дающая при растяжении ля минорное трезвучие, а при сжиме - ре минорный квартсекстаккорд. Характерная особенность саратовской гармоники - два колокольчика, приделанные к корпусу. Они звучали при нажиме клавиш левой клавиатуры, которые давали бас или аккорд. Именно они дали саратовской гармонике неповторимый голос.

В середине XIX века Саратов был небольшим городком с многонациональным населением. Музыка в городе звучала повсюду. В летние вечера берег Волги оглашался песнями бурлаков и плотогонов. Огромные плоты с лесом для Саратова сопровождались сплавщиками-крестьянами с верховья Волги, с берегов Камы, Вятки и других рек. Каждый прибрежный кабак являлся местом своеобразных концертов, где по вечерам звучали крестьянские и бурлацкие песни со всего Поволжья. Здесь рождались и новые песни талантливых певцов из народа. Появляются небольшие предприятия, обрабатывающие зерно, сало, кожи. С 1865-1866гг появилось и производство знаменитых саратовских гармошек В конце 19 века в Саратове существовало 8 кустарных мастерских по производству гармоник с колокольчиками. До сих пор Саратов - единственный город мира, где выпускались такие гармошки.  Развитию гармоники способствовала и общая активизация музыкальной жизни в Саратове в 70-х годах. В Саратове в эти годы организуется отделение Русского музыкального общества. При нем открываются музыкальные классы, проводятся оперные сезоны, налаживается регулярная концертная жизнь. Толчок этому дало открытие в 1871 г. железнодорожного сообщения между Саратовом и Москвой. В 70 — 80-е годы работали уже мастера-специалисты по производству саратовских гармоник: Н. Г. Корелин, С. Е. Егоров, И. П. Сахаров, и другие. Много сил и уменья отдали они делу популяризации инструмента.

Отличным мастером, а также талантливым конструктором, много сделавшим для формирования музыкально-тембровых и внешних качеств саратовской гармоники, был Николай Геннадьевич Корелин (1851 — 1918). Отец его, мелкий кустарь, занимался скупкой (на рынке и по случаю) сломанных гармошек, чинил их и продавал. Своего младшего сына Николая он с детства приучил к этому ремеслу. Мальчик оказался способным и старательным. Гармоники, отремонтированные Корелиным, как правило, имели голосовые планки из железа, а голоса из желтой или белой (польского серебра) меди, мех обклеивался простой бумагой изнутри и глянцевой снаружи. Примерно с 1870 года на Никольской улице (ныне улица Радищева) появляется гармонная мастерская Н. Г. Корелина. 18 августа 1879 года Корелин первым среди гармонных мастеров получил «свидетельство на звание ремесленника Саратовской ремесленной управы». В этом первом свидетельстве в грифе «какое мастерство» писарем было записано: «гармоничное» (в последующих — гармонное). Свидетельство давало право на устройство мастерской. Для получения его нужно было сдать соответствующий экзамен в Саратовской ремесленной управе (теоретический и практический). Наличие такого свидетельства служило гарантией качественной и добросовестной работы мастера.

Первые гармоники были небольшого размера, без металлической отделки. Корпус делался цветной (окрашивался и покрывался лаком), а на заказных инструментах обклеивался шпоном в виде набора из разных пород дерева; плоскости украшались инкрустацией с изображением банта и двух стрелок — вверху и внизу. Такая отделка требовала особого умения. Корпусы для лучших заказных гармоник изготовлялись кустарями-мебельщиками (например, в известной мебельной мастерской В. В. Мельникова).

Корелин все старания направил на улучшение инструментов: голосовые планки стал делать из листовой меди, голоса — из стали. Работал он только на заказ. Первыми заказчиками были любители-гармонисты города и окрестных сел, солдаты, затем — приказчики, содержатели гостиниц, трактиров. Корелин высылал гармоники в волжские города, на юг России, в Сибирь, на Дальний Восток. Ему заказывали инструменты и цирковые артисты братья Дуровы: для них Корелин делал маленькие, карманные гармоники (типа «черепашек»). В мастерской Корелину помогали подмастерье и ученики, но основную работу он делал сам. Попасть к Николаю Геннадьевичу в ученики стремились многие; он отбирал тех, которые имели музыкальные данные, считая, что это главное для гармонного мастера. Имея отличный слух и эстетическое чутье, он был первоклассным настройщиком и всегда сам наклепывал голоса и настраивал инструменты. Изделия Корелина, как и других лучших саратовских мастеров, служили много лет без ремонта. И сегодня можно встретить их гармоники, сделанные в конце прошлого века, в отличном состоянии. Такие мастера, как Корелин, Удалов. Кураев имели личные штампы, которые они ставили внутри и снаружи инструментов.

В 80-х годах ХIХ века появляются мастера-гармонщики в уездных городах Саратовской губернии (Вольске и Хвалынске), а также в сёлах. Стоимость заказной гармоники уже доходила до 75 рублей, примерно в 2 раза дороже коровы. Корпус инструмента делали из липы, украшали резными накладками из орехового дерева, планками из меди, мельхиора и стали. Меха изготавливали из картона, шёлка и сатина. Колокольчики были медные.

Тогда же за саратовскую гармошку взялись краснодеревщики. Инструмент стал настоящим произведением искусства. Например, корпуса гармоник Никанора Удалова пользовались известностью не только в России, но и за рубежом. Есть документальные свидетельства о том, что саратовские гармоники из его корпусов собирали даже в Америке.

В 20-х годах прошлого века кустарей - гармошечников объединили в артель «Саратовская гармонь» и выделили им помещение на улице Цыганской (ныне Кутякова), 5. Артель расширялась, механизировалась и со временем превратилась в современное поточное производство с коллективом до 150 человек. Стараниями и опытом многих мастеров создавалась уникальная саратовская однорядовая, трехголосная с двумя колокольчиками гармонь с широким звуковым диапазоном, высокими акустическими и игровыми качествами. Выпускалась она в традиционно русском стиле - с яркими атласными мехами, резным деревянным корпусом и чеканной металлической фурнитурой. Колоритное, оригинальное, художественное оформление инструментов создало гармони престиж одного из лучших Саратовских сувениров. Эти гармони экспонировались на многих международных выставках и ярмарках.

В 80-х годах XIX века в нашей губернии уже невозможно было представить ни одного праздника без звонких переливов саратовской гармоники. Мастера высылали гармоники в волжские города, на юг России, в Сибирь, на Дальний Восток. Саратовскую гармонику полюбили татары, калмыки, уральские казаки и другие народы России.

Саратовская гармоника быстро вошла в жизнь и быт людей, получила широкое распространение Несмотря на то что гармоника стоила дорого, в каждой саратовской семье считалось за честь иметь этот инструмент. Ни одна свадьба тех лет не обходилась без гармошки. Ни в городах, ни в деревнях на праздниках и массовых гуляниях не обходилось без Саратовской гармони. Под ее переливчатые переборы пели «Саратовские страдания», и задорные частушки, залихватски плясали «Барыню» и «Камаринскую», а так же гопак, польку, вальс. Хорошие гармонисты пользовались большим уважением и авторитетом, являлись организаторами игр и развлечений. Если где-нибудь на гулянке парни начинали шуметь, азартно спорить, то достаточно было гармонисту сказать: «Тихо, братцы, а не то заберу гармонь и уйду»,— и сразу наступала полная тишина. Гармонист нередко являлся вожаком молодежи.

Иметь саратовскую гармонику было заветной мечтой почти каждого парня. Саратовская гармоника становится незаменимой на народных праздниках. Рабочие мастерских и заводов Саратова в воскресные и праздничные дни выезжали на лодках на острова. По свидетельству очевидцев, это была необыкновенно красочная картина. На Зеленом острове собирались группы нарядно одетых людей. Особенно выделялись колоритные фигуры гармонистов в русских поддевках темно-зеленого или темно-малинового цвета, лаковых сапогах и с начищенной до блеска гармоникой в руках. И вот по затону, да и по всему бескрайнему простору волжской глади начинал звенеть разноголосый хор саратовских гармоник с перезвоном колокольчиков и с припевками; пели мужчины, женщины принимали участие в пении редко (правда, впоследствии, с начала XX века, их голоса слышались чаще). На большой лужайке Зеленого острова бывало особенно многолюдно: здесь устраивалось что-то вроде народных конкурсов — кто лучше сыграет на гармонике или спляшет под ее аккомпанемент. Свои детские впечатления (1909 год) о таких выездах описывает Константин Федин в романе «Первые радости».

 

 

 

 

 

 

Опубликовать в социальных сетях